В холодном и тревожном Ленинграде 1938 года разворачивается история капитана Фёдора Волконогова, человека, чья жизнь в одночасье превратилась из размеренного существования уважаемого сотрудника органов в отчаянную борьбу за выживание. Оказавшись по ту сторону системы, которой он прежде служил, Волконогов вынужден скрываться от своих бывших сослуживцев, превратившись из охотника в дичь. Его мир, построенный на вере в порядок и справедливость государства, рушится, оставляя лишь страх и одиночество в промозглых питерских подворотнях. Однако физическое спасение оказывается лишь началом испытаний – однажды ночью к нему является призрак недавно расстрелянного коллеги, чья судьба могла бы стать и его участью. Этот мрачный визит приносит не только ужас, но и странное пророчество: в аду для Волконогова уже уготованы вечные муки, и единственный шанс избежать этой участи – искреннее покаяние перед смертью. Но недостаточно просто раскаяться в душе; необходимо, чтобы его простил хотя бы один человек, чью жизнь он сломал своим служением машине репрессий. Осознав, что время его ограничено не только погоней со стороны бывших товарищей, но и высшим, метафизическим приговором, капитан Волконогов отправляется в мучительное и опасное путешествие. Его путь лежит не в географическую даль, а в травмированное прошлое страны и его собственную совесть. Он начинает разыскивать родственников тех, кто стал жертвами репрессий, в чьих арестах и судьбах он, прямо или косвенно, принимал участие. Эта дорога превращается в паломничество по руинам чужих жизней, где он сталкивается с горем, ненавистью, недоверием и опустошением, которое оставила после себя эпоха. Каждая встреча – это испытание, зеркало, в котором он видит последствия своих действий и бездействий, холодную эффективность системы, частью которой он был. В поисках прощения, которое кажется почти недостижимым, Волконогов вынужден заново открывать для себя понятия вины, ответственности и человечности, пытаясь найти искупление в глазах тех, кому он принёс лишь страдания, и понять, можно ли вообще быть прощённым за такие поступки в мире, где сама память стала опасной.