Линда, измученная постоянным напряжением и чувством вины, с трудом находит в себе силы для ежедневной борьбы. Её мир сузился до размеров больничной палаты и собственной квартиры, где каждый день – это испытание на прочность. Загадочная болезнь дочери, не поддающаяся быстрой диагностике, превратила их жизнь в череду медицинских процедур, бесконечных анализов и томительного ожидания результатов. Девочка, такая хрупкая и беззащитная, зависит от зондового питания и постоянного ухода, что требует от Линды нечеловеческой собранности и внимания. Одиночество матери усугубляется постоянным отсутствием мужа, чья работа на морском судне держит его вдали от дома месяцами. Все тяготы, все ночные страхи и дневные тревоги Линда вынуждена нести на своих плечах в одиночку, и эта ноша с каждым днём становится всё тяжелее. Врач, ведущий лечение, лишь добавляет масла в огонь, постоянно указывая на малейшие промахи и пропуски, не пытаясь понять психологическое состояние женщины, находящейся на грани полного истощения. Его критика, хоть и продиктованная, возможно, профессиональной принципиальностью, воспринимается Линдой как очередное обвинение в её несостоятельности как матери, подрывая последние остатки уверенности в себе. Ситуация достигает критической точки, когда в их и без того хрупком убежище – квартире – появляется зловещая большая дыра в потолке. Эта физическая брешь становится мощной метафорой разрушающейся жизни Линды. Протечка, начинающаяся с безобидных капель, быстро превращается в постоянный поток, затапливая комнаты и окончательно уничтожая подобие уюта и стабильности. Квартира, последнее место, где они могли чувствовать себя в относительной безопасности, становится непригодной для жизни. Не имея ни средств, ни моральных сил бороться с ремонтом, который обещают сделать неизвестно когда, Линда принимает тяжёлое решение. Мать с больной дочерью вынуждены собирать немногие пожитки и переезжать в унылый, недорогой мотель на неопределённый срок. Эти стерильные, безликие стены временного пристанища лишь подчёркивают всю глубину их кризиса. Мотель становится новым, ещё более тоскливым фоном для их жизни, полной неопределённости. Здесь, в тесном номере, Линда продолжает свою ежедневную битву, пытаясь обеспечить дочери минимальный комфорт и соблюсти медицинский график, в то время как чувство отчаяния и потерянности нарастает с каждым днём ожидания. Этот вынужденный переезд не решает их проблем, а лишь отодвигает их, добавляя новый слой стресса и неустроенности к и без того невыносимой ситуации, заставляя Линду задаваться вопросом, найдётся ли вообще конец этому кошмару и хватит ли у неё сил дождаться его.